Используемые названия:

Формация ели корейской (Крестов, 1997), формация сибирские еловые леса (ель корейская) (Колесников, 1956в).

Таксономические проблемы с ключевыми видами:

Для флоры Приморья и Приамурья приводятся два вида ели секции Picea (Eupicea): Picea obovata с евро-сибирским бореальным ареалом и Picea koraiensis с восточноазиатским ареалом (Бобров, 1970). Виды морфологически очень сходны и формируют насаждения со своим преобладанием, а чаще - с примесью Picea jezoensis, на экологически сходных местообитаниях и, как правило, не различаются не только практиками лесного хозяйства в естественных условиях, но и вызывают трудности при определении у специалистов ввиду неустойчивости разделительных признаков (опушенность молодых побегов, сизоватость хвои и размер шишек). Многими таксономистами рассматриваются как таксоны внутривидового ранга: Picea abies subsp. obovata (Ledeb.) Domin, Picea abies var. obovata и Picea obovata subsp. koraiensis (Nakai) Worosch. Следуя традициям, мы принимаем вид Picea koraiensis для территории Приморья и Приамурья, но как часть более комплексного вида Picea obovata subsp. koraiensis (Ворошилов, 1982), который, на самом деле, и является операциональным как во флористике, так и в геоботанике.

Распространение:

Леса из ели корейской распространены в северо-восточном Китае и Корее, Приморье и Приамурье. Если для первых двух регионов Picea obovata не приводится (для флоры Китая она приводится только для Тянь-Шаня и Китайского Алтая), то, по мнению российских таксономистов, в Приморье и Приамурье оба вида произрастают совместно (Бобров, 1970; Коропачинский, 1989; Недолужко, 1995). Монодоминантные, а также смешанные сообщества с преобладанием ели корейской распространены в долинах крупных рек: верхняя часть Уссури, Большая Уссурка (Иман), Бикин и Хор. На территории северо-восточного Китая и Кореи корейская ель не расценивается как лесообразующая порода вообще (Forestry..., 1982). Сибирская ель в узком смысле формирует зональные сообщества только за пределами Дальнего Востока, на больших пространствах Сибири и Северо-восточной Европы.

Поясно-зональное положение:

Отнесение лесов из ели корейской Б.П. Колесниковым (1956в) к маньчжурскому умеренно-континентальному комплексу хвойно-широколиственных формаций представляется необоснованным, ввиду выраженности стабильного комплекса бореальных видов во всех сообществах корейской ели с одной стороны, и "бореальности" климата, включая тепловой коэффициент Кира 35-55 (Grishin, 1995), с другой стороны. Сообщества корейской ели занимают азональные местообитания в южной бореальной подзоне и борео-неморальном экотоне. Распространение сообществ в долинах зоны умеренных лесов поддерживается также широким распространением температурных инверсий на этих местообитаниях.

Модельное геоботаническое описание:

Автор: П.В. Крестов.
Дата: 21.07.1992.
Полевой номер описания: 01.
Место хранения описания: ЛГБ БПИ.
Географическое положение: Пожарский район, бассейн р. Бикин, долина р. Террасной у устья.
Высота над ур. моря: 400 м.
Положение в рельефе: долина реки с уклоном 2 западной экспозиции, первая надпойменная терраса.
Эдафотоп: хорошо дренированные аллювиальные бурые лесные почвы, режим увлажнения - влажный, режим трофности - богатый.
Древесный ярус: высота 1-го подъяруса - 33 м, сомкнутость - 60%, видовой состав - Picea koraiensis 40 %, Pinus koraiensis 10 %, Betula costata 5 %, Tilia amurensis +, Fraxinus mandshurica 1 %; высота 2-го подъяруса - 20-24 м, сомкнутость - 50%, видовой состав - Picea jezoensis 10 %, Pinus koraiensis 10 %, Abies nephrolepis 10 %, Tilia amurensis 1 %; высота 3-го подъяруса - 16 м, сомкнутость - 20%, видовой состав - Ulmus laciniata 1 %, Acer mono 5 %, A. ukurunduense 3 %, Tilia amurensis +, Abies nephrolepis 2 %.
Кустарниковый ярус: проективное покрытие - 30 %, высота 1-2 м; видовой состав - Acer ukurunduense 1 %, A. mono 1 %, A. tegmentosum 1 %, Picea koraiensis 1 %, P. jezoensis 1 %, Fraxinus mandshurica +, Ulmus laciniata +, Abies nephrolepis +, Tilia amurensis +, Corylus mandshurica 5 %, Philadelphus tenuifolius 3 %, Eleutherococcus senticocus 1 %, Ribes maximoviczianum +, Actinidia kolomikta +, Lonicera chrysantha +, Sorbaria sorbifolia +.
Травяно-кустарничковый ярус: проективное покрытие 50 %, видовой состав - Adiantum pedatum 1 %, Athyrium sinense 10 %, A. filix-femina 1 %, Carex campylorhina 15 %, Galium davuricum 2 %, Hylomecon vernalis 1 %, Maianthemum bifolium 3 %, Smilacina davurica 1 %, Stellaria bungeana 1 %, Thalictrum filamentosum 2 %, Adoxa moschatellina, Anemonoides reflexa, Aruncus dioicus, Cacalia auriculata, C. hastata, Cardamine leucantha, Carex lanceolata, C. quadriflora, Diplazium sibiricum, Dryopteris crassirhizoma, Equisetum hyemale, Filipendula palmata, Impatiens noli-tangere, Neomolinia mandshurica, Oxalis acetosella, Phryma asiatica, Trientalis europaea, Veratrum alpestre, Viola selkirkii.
Моховой ярус: проективное покрытие 3 %, видовой состав - Rhytidiadelphus triquetrus 1 %, Pleurozium schreberi 1 %, Pleuroziopsis ruthenica 1 %, Dicranum majus +.

Экологический ареал:

Долинные местообитания сообществ ели корейской характеризуются глубокими богатыми дренированными бурыми или слабо дренированными оглеенными пойменными почвами с увлажнением от свежих до сырых. На севере ареала также наблюдаются буроподзолы. Локально-климатические условия в долинах рек отличаются от зональных более поздним сходом снега, дренажем холодного воздуха и более высокой влажностью, что объясняет распространение корейских ельников в долинах рек в зоне умеренных хвойно-широколиственных лесов. Ель корейская обычна и на пологих склонах на местообитаниях с подзолистыми олигомезотрофными и свежими-сырыми почвами, но вне долин она практически не образует сообществ со своим преобладанием, а входит в состав других сообществ.

Общая фитоценотическая характеристика:

Наиболее типичны сообщества ели корейской на свежих буро-подзолистых и бурых пойменных почвах. Древесный ярус сформирован Picea koraiensis в большинстве случаев с незначительным участием P. jezoensis. В южной части ареала обычна примесь неморальных широколиственных пород: Fraxinus mandshurica, Ulmus japonica, Tilia amurensis, Betula costata. Иногда присутствуют старые деревья Populus maximowiczii, оставшиеся с предыдущих стадий сукцессий в речных долинах. Обычно выражен нижний подъярус древостоя из Abies nephrolepis, Ulmus laciniata и видов, характерных для долинных лесов: Ligustrina amurensis, Padus avium. Подлесок обычно хорошо развит, включает Rosa acicularis, Philadelphus tenuifolius, Eleutherococcus senticocus, Ribes pallidiflorum, Sorbaria sorbifolia, а на более сырых и холодных местообитаниях Spiraea salicifolia и Swida alba. Развитие травяного покрова связано с особенностями местообитания и варьируется от практически полного отсутствия в зеленомошных сообществах до сомкнутого яруса на влажных теплых местообитаниях. Практически во всех сообществах отмечаются виды, характерные для темнохвойных бореальных лесов: Maianthemum bifolium, Oxalis acetosella, Diplazium sibiricum, Dryopteris expansa, Athyrium filix-femina. Выражен комплекс уремного разнотравья: Aconitum fischeri, Filipendula palmata, Cacalia auriculata, и папоротников: Matteuccia struthiopteris, Osmundastrum asiaticum, Cornopteris crenulatoserrulata. Моховой ярус может быть хорошо или фрагментарно развитым или мхи не образуют покрова, встречаясь у оснований стволов небольшими группами. Наиболее типичны Rhytidiadelphus triquetrus, Pleurozium schreberi, Pleuroziopsis ruthenica, Dicranum majus, Ptilium crista-castrensis, а на сырых микроместообитаниях - Rhizomnium spp., Aulacomnium spp., Sphagnum girgensohnii.

Основные дестабилизирующие факторы:

Пожары в долинных ельниках относительно редки, основным дестабилизирующим фактором являются рубки и хозяйственное освоение речных долин.

Класс редкости:

Редкие сообщества.

Категория редкости:

Сообщества, типичные для данного района, но сократившие ареал при действии разрушающих факторов.

Мотивы охраны:

Быстрое сокращение ареала сообществ, главным образом через вырубку старовозрастных насаждений. Практическое сведение лесов из ели корейской на нероссийской части ареала.

Синтаксономия:

Синтаксономически корейские ельники входят в состав ассоциации Swido-Piceetum obovatae Krestov et Nakamura 2002 союза Abieti nephro-lepidis-Piceion jezoensis Song 1991 порядка Abieti-Piceetalia Miyawaki et al. 1968 класса Vaccinio-Piceetea Br.-Bl., 1939. Внутри ассоциации корейские ельники входят в состав субвариантов Padus avium (свежие и влажные), Carex sordida (сырые) и Corydalis gigantea (холодные зеленомошные приручейные) варианта :Aconitum fischeri типичной субассоциации (Krestov, Nakamura, 2002).

Современная обеспеченность охраной:

Небольшие массивы представлены на территории Сихотэ-Алинского и Большехехцирского заповедников.

Участки, рекомендованные к присвоению охранного статуса:

Для сохранения лесов из корейской ели требуется организация охраны ее сообществ на западном макросклоне южного и среднего Сихотэ-Алиня. В связи с этим, рекомендованные к созданию заповедник Бикино-Хорский (Селедец, 1993), национальный парки "Большеуссурский" и "Верхнеуссурийский" (Система..., 1989) могли бы осуществлять охрану.

Литература:

Колесников, 1938; Куренцова, 1960; Усов, 1988, 1990.